В эпоху социализма мы жили в окружении правды. Она была многообразной и делилась по профессиональному или возрастному признаку. Самая младшая – "Пионерская правда". Затем по возрастающей – "Комсомольская правда". Она дожила до наших времен, став слегка желтоватой, но словосочетание оказалось невышибаемым из нашего сознания.
Партийная называлась просто – "Правда". Россыпью были железнодорожные строительные и прочие "правды". Правда — это как и булыжник оружие исключительно пролетариата. Простые рассуждения на небольшой временной дистанции приводят к любопытным умозаключениям – правда, присуща только правящим структурам — остальные как бы не правда. Хороший психологический ход — правда, у нас у остальных-все остальное. Затем общая правда хорошо делится на более мелкие.
Хорошо звучит шахтерская правда даже тюремная правда. И Урюпинская правда то же звучит. И чем неблагозвучнее название, тем лучше звучит. Малодураковская правда — разве не звучит. Звучит. Но есть словосочетания взаимотталкивающиеся и не приемлемые ни при каких условиях. Есть такое словосочетание — интеллигентная правда. Не идет. Не подходит. Не оттуда. Осталась в стороне и не пострадала от засилья правды в нашем сознании.